Легковушка на мысе Челюскин.

На полуострове Таймыр никогда не было ни оседлого населения, ни дорог. Только кочевые исконные жители Таймыра — нганасаны со своими стадами оленей весной уходили на север к побережью, а осенью возвращались обратно к границе леса. Но в горы Бырранга не решались заглядывать и они. "Там царство злых духов, камень и лед, более ничего. Там гибель". Так говорили мне нганасаны, когда я пытался их расспрашивать.
Н.Н. Урванцев. "Таймыр — край мой северный"

автор: Александр "Ёлкин" Еликов

Предположу, что такое мнение у местного населения сложилось потому, что хребет Бырранга, пересекающий полуостров Таймыр с Запада на Восток ровно посередине и фактически отрезающий южную часть от северной, являлся для них непроходимой стеной. Сплошная цепочка гор, ущелий и каньонов с вертикальными стенами, которые не давали пройти на север по суше. А сплавиться вниз по реке Нижняя Таймыра не представлялось возможным, так как это был бы путь в один конец — быстрая горная река просто утащила бы (а может и утаскивала, раз «там гибель») обычные вёсельные лодки без шансов выплыть назад.

Поэтому, думаю, не только для меня Таймыр является самым загадочным местом на материке в границах нашей страны.

Вообще, слово «самый» там применимо практически ко всему.
Таймыр самый северный и самый крупный полуостров России, на нём расположена самая северная материковая точка Евразии мыс Челюскин. Там находятся самые северные в мире горы Бырранга. Северное побережье Таймыра является единственным местом на материке, где распространены обширные зоны арктических пустынь. В бассейне реки Хатанга, по ее притоку реке Новой, расположен самый северный в мире остров лесной растительности (Ары-Мас), представленной даурской лиственницей. На Таймыре самый крупный на Земле единый и нетронутый участок тундры – более 400 тыс. км² дикой природы. Самым северным в мире настоящим озером является озеро Таймыр. Самый большой в мире заповедник «Большой Арктический» находится на Таймыре. Самое большое количество дикого оленя тоже там. Самые крупные в мире полярные волки водятся именно на Таймыре. И это далеко не полный список, его еще долго можно перечислять.

Вот туда-то я и посматривал все последние годы, водя пальцем по карте и вспоминая 2013 год, когда мы там были на ГАЗонах.
Вообще, если честно, то та поездка на ГАЗончиках была для меня разведкой. Я мечтал попасть туда именно на легковом автомобиле. Во время той первой поездки я всю дорогу осматривался по сторонам и всегда и везде примерялся – можно ли здесь проехать на внедорожнике и на каких колёсах. И в эту поездку до последнего я был уверен, что там всё знаю, что у меня есть наш старый трек. Наивный… Но об этом позже.

Собираться мы с Андреем начали по обыкновению в самый последний день. Во-первых, в машине ремонтировать не надо было вообще ничего. Ездил себе на ней каждый день с работы на работу до последнего. Во-вторых, только за три дня до выезда мне наконец-то пришли покрышки от GOODYEAR и смазочные материалы и эксплуатационные жидкости от RAVENOL. За пару дней все масла, жидкости и фильтры были поменяны, а 35-е колёса установлены. Вот и вся подготовка. Еще надо было снять задний диван, повесить на заднюю стенку разгрузку с карманами и установить столик-органайзер, но это было отложено до приезда в Новый Уренгой штурмана, т.к. по времени занимало минут десять делов, а без него это делать не хотелось, потому что главный по кухне у нас он, а там у него какие-то проводочки, розеточки, термопот, мультиварка, здесь чай, здесь сахар, здесь чеснок, а сюда ложки будем вставлять, а сюда бантик подвяжем, а здесь вот это, а там вот то… Зануда, короче, у меня Андрюха и без него внутренним убранством я решил не заниматься.

Практически всей заготовкой и закупкой пропитания занимался тоже он. Ну как занимался. Звонишь ему с вопросом: что купил? А он отвечает, что еще пока ничего не купил, но купит, обязательно купит. И так в течении пары месяцев примерно раз в неделю, потом за пару недель до выезда с периодичностью раз в два-три дня, потом перед самым выездом каждый день приходилось ему звонить с надеждой, что уже купил что-то. Короче, готовился он точно так же как и я – всё в последний день и купил всё в итоге в день отъезда.

И вот заветный час настал. Андрей приехал в Новый Уренгой, мы обклеили машину наклейками, пропылесосили салон, протёрли стёкла и… зависли. Потому что началась сильная метель, все зимники у нас на Ямале закрыли и путь на Ванкор нам был заказан. На третий день ничегонеделания мы все же решили к вечеру выдвигаться и поехали в посёлок Уренгой, где можно было получить более оперативную информацию об открытии КПП на въезде на Ванкорский зимник. В посёлке Уренгой нас тепло принял глава Якимов Олег Владимирович, за что ему огромное спасибо.

На следующий день прошла информация, что зимник открыли, и что техника пошла, после чего и мы выдвинулись не спеша уже ближе к обеду. Не спеша, потому что, зная по прошлогоднему опыту нашей поездки Норильск — Игарка — Снежногорск, понимали что в первый день зимник еще достаточно тяжёлый и повсюду сплошные пробки из-за скопившихся во всех направлениях за три дня грузовиков.

Перед выездом на зимник пересекли Полярный круг, который назад получится пересечь только почти через 7000 километров.

Перед выездом на зимник пересекли Полярный круг, который назад получится пересечь только почти через 7000 километров.

И вот мы мчимся по только недавно прочищенному и сильно разбитому зимнику, и вдруг нас догоняет УАЗ буханка, обгоняет и скрывается за поворотом. Т.е. внедорожник с независимой подвеской спереди и приспущенными 35-ыми колесами, который идёт достаточно шустро, по большим колдобинам обходит рессорная машина с чугунным мостом спереди, смешно подпрыгивая и постоянно переставляясь . Сложно себе представить, что происходило в этот момент с водителем и как его вообще из машины не выкидывало на улицу при этом. Но за поворотом всё встало на свои места – буханка красиво торчала в левой обочине, развернувшись на 180 градусов эффектно проскользив через встречную полосу. Хорошо хоть никакого Камаза на встречу не шло, проезжая мимо подумали мы. Но, не успев забыть про этот случай, я снова увидел в зеркалах заднего вида эту буханку. И снова она, всё так же подпрыгивая, с заносами и переставками, нас обошла. Но недолго музыка играла, и мы снова увидели этот чудной автомобиль уже воткнувшийся в правую обочину. Серьёзный мужчина, подумали мы, проезжая мимо. Когда буханка в третий раз появилась в зеркалах, то мы уже начали ставить ставки. И таки да – он сделал это! Через несколько километров машина снова торчала в правой обочине, развернувшись на 180 градусов, а водитель невозмутимо стоял рядом и зачем-то легонько попинывал ее по колесу. Нам стоило очень большого труда сделать каменные лица, когда проезжали мимо, хоть горе-водитель и постарался отвернуться в этот момент.

Так как я вырос в этих краях, то даже не подозревал, что вот это кольцо вокруг солнца бывает не всегда и для меня было открытием, что все гости севера приезжая сюда им восхищаются и его фотографируют. Умное название этому явлению — гало.

Так как я вырос в этих краях, то даже не подозревал, что вот это кольцо вокруг солнца бывает не всегда и для меня было открытием, что все гости севера приезжая сюда им восхищаются и его фотографируют. Умное название этому явлению — гало.

После Сузунского месторождения обслуживаемого зимника уже не было, но нам повезло, что после метели какой-то одинокий грузовик уже пробился и мы, еще немного спустив колёса, достаточно легко и почти не топча снег, приехали в посёлок Тухард.

Во-он вдалеке огоньки Тухарда.

Во-он вдалеке огоньки Тухарда.

Ехали туда с небольшим волнением, потому что не было никакой информации о том, есть ли дальше зимник. Пробил ли НорильскГазпром его напрямую или придётся самим топтать вокруг по рекам Хета и Енисей, как это было у нас на ГАЗонах в 2013 году, когда после Тухарда не было никакого следа вообще, потому что лёд на реках был ещё тонкий и грузовики не ходили – всё-таки ещё февраль на дворе. Нам тогда так и сказали, что типа чего вы сюда зимой припёрлись, приезжайте весной в марте, будет зимник.

В этот раз мы увидели отлично прочищенный след, уходящий вдоль газовой трубы по направлению в Дудинку. Отзвонились родным, что дорога есть, позвонили в Дудинку, что подъезжаем и… упёрлись в тупик. Километров через двадцать расчищенная полоса обрывалась перед каким-то обрывом в ручей, а дальше не было вообще никакого следа. Пришлось возвращаться в Тухард, но на полдороги я каким-то чудом вспомнил, что зимник не шёл вплотную к трубе, как мы ехали сейчас, а постоянно петлял по лесу. А еще у меня ведь есть прошлогодний трек, который я конечно же не догадался включить. Появилась небольшая надежда, что зимник есть. И вот мы уже крадемся назад и пристально всматриваемся в то место, где прошлогодний трек сливается с сегодняшним. И, аллилуйя! За наглухо закатанным бульдозером снежным бруствером виднеются робкие и полностью заметенные следы от грузовиков, уходящие в нужном направлении. Дальше было дело техники и поздненько вечером мы уже въезжали в Дудинку, потратив на дорогу от Уренгоя до Дудинки всего полтора дня. Со всеми пробками из грузовиков, заметёнными дорогами, заблудившись после Тухарда. Вот так вот, не прошло и пяти лет, как из геройского покорения Норильска поездка туда на колёсах 35" стала банальным двухдневным доездингом. Да, планка сложности повышается с каждым годом, и что будет еще через пять лет, я даже представить боюсь.

В Дудинке у нас было два важных и неотложных дела – это получить погранпропуска:

5ebb256s-960

и посетить ставший уже родным Дудинский Краеведческий музей:

687b256s-960

Где мы в официальной и торжественной обстановке выполнили миссию по вручению экспонатов от Экспедиционного Центра Арктика в виде одной лыжи, одной палки, корыта из оцинковки и некоторых частей одежды. Тех самый вещей, в которых когда-то давно Владимир Семенович Чуков впервые дошел до Северного Полюса в автономном режиме.

А потом мы поехали по асфальту в город Норильск. Растояние там что-то около 70 или 80 километров. Постоянно забываю.

А потом мы поехали по асфальту в город Норильск. Расстояние там что-то около 70 или 80 километров. Постоянно забываю.

Норильск, это очень гостеприимный город с отличными людьми, но ужасный в плане экологии.
Вот так он выглядит в солнечный безветренный день:

Если приглядеться, то на заднем плане видны горы, залитые солнцем и окруженные чистейшим воздухом. А город… Город где-то там внизу, в дыму.

Если приглядеться, то на заднем плане видны горы, залитые солнцем и окруженные чистейшим воздухом. А город… Город где-то там внизу, в дыму.

А это снег. Обычный чёрный норильский снег и мой след на нём.

А это снег. Обычный чёрный норильский снег и мой след на нём.

Забавная встреча произошла на выезде из Талнаха на зимник в сторону Хатанги. Подъезжаем, стоит Урал, явно только вылез оттуда. Начинаем задавать вопросы. И тут посыпалось: Да вам в первом же сугробе конец придёт, да вы дальше вот этого лесочка не проедете, да я с Волочанки уже две недели бьюсь (400 километров), да там наледи и т.д. и т.п., и прочая ересь в этом роде. Говорю: друг, я тоже такой же водитель как и ты, только с Ямала. А в ответ: да вертел я ваш Ямал, да там дороги везде, и опять пурга какая-то изо рта. Я ему говорю: друг, я уже не первый раз здесь. Я отсюда на Челюскин ездил. Ты на Челюскине, говорю, был? А он отвечает, что был. Вот тут я не выдержал и начал смеяться ему в лицо, после чего он тут же сбежал. В итоге, до Волочанки я доехал за один день. Да, ту дорогу, которую этот клоун покорял две недели, мы прошли за день.
И наледи были, и метель мела, и мороз до -45.

Сначала, выехав на обещанные наледи мы обрадовались, что нас держит лёд, в котором ещё вчера тонули грузовики.

Сначала, выехав на обещанные наледи мы обрадовались, что нас держит лёд, в котором ещё вчера тонули грузовики.

Но тут же сами провалились. К сожалению, есть фотография только начала купания, а когда машина провалилась глубже, напарник бросил съёмку и взялся за пешню.

Но тут же сами провалились. К сожалению, есть фотография только начала купания, а когда машина провалилась глубже, напарник бросил съёмку и взялся за пешню.

В Волочанке нас уже ждал в гости Денис Теребихин – директор волочанской средней школы, который нас очень тепло принял, а его супруга Анастасия наварила в дорогу оленины, которой нам хватило аж до Тикси. Денис тем временем удачно подгадал проведение всероссийского урока "Арктика — фасад России" с нашим участием в нём:

ba17256s-960

Очень благодарные дети. Мы получили просто огромное удовольствие от общения с ними.

Очень благодарные дети. Мы получили просто огромное удовольствие от общения с ними.

А потом детвора оккупировала машину:

1997256s-960

А весёлые девчонки спели "Мама Люба, давай":

f957256s-960

bad7256s-960

Мы тем временем начали изучать местные языки:

73b7256s-960

В Волочанке мы провели почти два дня и к вечеру выехали дальше. Ну как выехали. Спустились на реку, вот зимник по которому приехали, вот майна, где воду набирают, вот следы какие-то снегоходные. И всё. Нету следа дальше. Но ведь уже была информация, что в этом году техника с Хатанги проходила в Норильск. Ну да, была метель сильная, но не могло же всё так наглухо завалить снегом. Покатавшись по реке от берега до берега, все таки нашли еле видимую бровку от старого следа, которая нам никак не помогала ехать, а только мешала. Правда, километров через десять вдруг появился отчетливый след – видно было, что здесь Камазы пурговали и тронулись отсюда не так давно. По следу мы просто полетели и еще километров через двадцать увидели и сами Камазы. Точнее один:

Который одиноко стоял поломанный.

Который одиноко стоял поломанный.

А потом мы догнали еще два Камаза. Я сразу узнал машины с «полярки» (Полярной Геологоразведочной Экспедиции). И конечно это оказались водители, знакомые мне с поездки 2013 года. Эх, какие же это прекрасные встречи! Вот так вот внезапно увидеть старых знакомых посреди белого безмолвия.

17d7256s-960

Оказалось, что Камаз они утопили в той же наледи, где провалились и мы, пробили радиатор и теперь тянут его уже целую неделю домой. Тянут очень тяжело. Приходится отцеплять раненого, в две машины пробивать километров 10-15 целины, потом возвращаться, цеплять сломанную машину и уже тянуть его по пробитому следу. И так снова и снова. За день получается пройти не более тридцати километров.

На следующий день мы пошли первыми. Где-то получалось очень медленно ползти на холостых оборотах со всеми блокировками и на полностью спущенных колёсах, а где и так не ехалось, то пробивали с разгону метров по 20, а потом сдавали назад и опять ходом влетали в полуметровый пухляк.

81f7256s-960

318f256s-960

Ближе к вечеру нас догнали Камазы.

634fa56s-960

be4fa56s-960

Их стало уже больше, т.к. подтянулась еще одна колонна из Норильска.

574fa56s-960

Такой кавалькадой им уже получалось двигаться не отцепляя сломанную машину и мы пропустили их вперёд. Но ехать за ними не получилось – дальше пошли наледи, а на улице мороз приближался к -50 и нам ничего не осталось делать, как вставать на ночлег и ждать, когда замёрзнет лёд в колее.
Утром по замёрзшей воде поехали очень хорошо:

fecfa56s-960

Но недолго:

a7cfa56s-960

А потом и вовсе всё начало парИть впереди:

122fa56s-960

Оказалось, что Камазы не проехали и пятнадцати километров, потому что дальше наледи становились ещё глубже:

5d2fa56s-960

А мороз становился всё крепче (-53):

dd6fa56s-960

Вот здесь у нас веселье и началось, и от грузовиков мы отстали окончательно.

В этом месте глубина воды почти по края болотников.

В этом месте глубина воды почти по края болотников.

Вот так едешь на холостых оборотах и затаив дыхание, а потом левая сторона машины бах, и начинает проваливаться.

Вот так едешь на холостых оборотах и затаив дыхание, а потом левая сторона машины бах, и начинает проваливаться.

И начинаются приключения с пешнями и лопатами., потому что у Камазов дорожный просвет немножечко больше нашего.

И начинаются приключения с пешнями и лопатами., потому что у Камазов дорожный просвет немножечко больше нашего.

В итоге расстояние в 140 километров от Волочанки до посёлка Катырык мы шли три дня.
Подъезжая к посёлку, мы снова догнали знакомые Камазы, чем сильно их удивили. Они были уверены, что наледи, где грузовикам почти по колесо сами мы не пройдём. Один из водителей обойдя машину и уважительно покачав головой, похлопал по капоту и сказал, что «эта машина» должна быть на Челюскине.

В Катырыке мы заехали в гости к Татьяне Левицкой, нашей старой знакомой, а на следующий день, обогнав грузовиков, помчали дальше на Хатангу – след там уже был вполне нормальный.

Набираем водичку в майне посёлка Катырык. Обратите внимание на одежду штурмана. Дело в том, что есть у нас такой небольшой бзик — постоянно во всём пытаться совершенствоваться, что-то оптимизировать, делать максимально комфортными и наиболее продуктивными наши поездки по Арктике. Так вот с этого года мы ввели в практику обязательный жилет и штаны со световозвращающими полосками у штурмана. Безопасность — она превыше всего.

Набираем водичку в майне посёлка Катырык. Обратите внимание на одежду штурмана. Дело в том, что есть у нас такой небольшой бзик — постоянно во всём пытаться совершенствоваться, что-то оптимизировать, делать максимально комфортными и наиболее продуктивными наши поездки по Арктике. Так вот с этого года мы ввели в практику обязательный жилет и штаны со световозвращающими полосками у штурмана. Безопасность — она превыше всего.

В Хатанге уже все давно знали, что мы подъезжаем, всё-таки столько друзей там. Поэтому Михаил Александрович Мартышкин, начальник ПГРЭ, нисколько не удивившись нашему появлению на пороге его кабинета, быстро распорядился о нашем заселении в ведомственную гостиницу и о постановке машины в теплый бокс. А тёплый бокс нам был нужен – тараня с разгона в наледях замёрзшую камазовскую колею у нас срезало болты крепления защиты, и она теперь держалась на честном слове. Да и машина была похожа на один большой кусок льда, настолько сильно снизу всё обмерзло. Ну и еще Андрей в порыве страсти там же в наледях разнёс в щепки сначала пешню, а потом и лопату, которые теперь требовали ремонта черенков.

В магазины в Хатанге мы обычно ходим пофотографировать ценники.

В магазины в Хатанге мы обычно ходим пофотографировать ценники.

Предположу, что 550 рублей — это еще со скидкой за сломанную ручку.

Предположу, что 550 рублей — это еще со скидкой за сломанную ручку.

Интересно, есть кто-то в Хатанге, кто кормит кошку вискасом?

Интересно, есть кто-то в Хатанге, кто кормит кошку вискасом?

А еще в Хатанге есть такие странные монументальные башни из красного кирпича о двух этажах, с зарешёченными бойницами и с проведённым в них электричеством.

2b5fa56s-960

Не обращали мы на них никакого внимания до тех пор, пока нам какой-то прохожий не указал рукой на такое ближайшее строение после вопроса о том, куда можно выбросить мусор, накопившийся за дорогу от Норильска.
Подкрадывались мы к этому коттеджу как те обезьянки из известного советского мультика. Обошли его кругом и, увидев автомобильные ворота, набрались смелости и начали ковырять огромный засов. Открыв одну воротину, мы увидели внутри небольшой гараж – абсолютно пустой. Странно. Положить туда пакеты с мусором мы не решились, конечно же. Потом решили подняться по лестнице на второй этаж и увидели вот это:

dadfa56s-960

Да, мусорки в Хатанге двухэтажные, на втором этаже которых находится хорошо освещённая комната с бункерами, а внутрь первого этажа периодически заезжает машина и вываливает себе в кузов мусор.
Параллельно с диагностикой машины и лазаньем по мусоркам мы встречались с людьми, знающими обстановку на север от Хатанги, отмечались у пограничников, решали кое-какие вопросы и наводили справки о какой либо авиации в ту сторону – мало ли что. И мы уже хорошо знали, что на озеро Таймыр в этом году уже один раз ходили Камазы и уже опять туда ушли. Мы, конечно же, рванули за ними. И достаточно быстро их догнали, потому что они не только били целину, но и тащили за собой прицеп-сани хоть и с пустой, но достаточно тяжёлой ёмкостью.
Надо ли говорить, что это были мои старые знакомые. Вот так вот едешь себе на почти 74-ой параллели и встречаешь уже давно близкого и родного тебе Сергея Меньшикова и с ним других своих знакомых коллег.

Мужики попросили нас не обгонять их, а идти с ними до озера Таймыр. Дело в том, что эти 400 километров они там топчут сами. Выглядит такой зимник как две узких укатанных полоски от колёс Камазов. А так как колея у внедорожника Уже, то получается, что я немного подрезаю им внутреннюю сторону колеи и из-за этого грузовики начинают потом сваливаться со следа. Особенно тяжелы подъёмы в таких ситуациях, и мне даже пришлось пару раз натаптывать свою дорогу рядом, чтобы не разбивать им их с таким трудом набитый след.
Камазы шли тяжело, прицеп постоянно сваливался с колеи и его приходилось иногда тянуть в две тяги. Когда нам это надоело, то было решено попробовать перегрузить ёмкость на Камаз, а прицеп бросить.
Вот после этого дело сразу пошло, и мы начали вместо 60-70 километров в день проходить до 120-ти.

Здесь еще Камаз, который посередине, тянет за собой волокушу с ёмкостью.

Здесь еще Камаз, который посередине, тянет за собой волокушу с ёмкостью.

А это уже мы сразу две ёмкости запихиваем на одну машину, чтобы больше не мучиться с ненавистным прицепом.

А это уже мы сразу две ёмкости запихиваем на одну машину, чтобы больше не мучиться с ненавистным прицепом.

Так мы вместе и дошли до озера Таймыр, где наши пути разошлись. Точнее, нам еще какое-то время можно было бы идти вместе на север вглубь озера. Длина его около 100 км, а мы вышли на него в самой его южной части. Но Камазы в этом году не ходили напрямую по льду, а шли большим кругом по берегу, мучаясь в глубоком снегу в каньонах. Дело в том, что в этом году озеро замерзало по большой воде, из-за чего подо льдом после его становления и после понижения уровня воды, образовались пустоты. И в свою первую поездку два Камаза уже провалились. Мы не хотели им и дальше портить след и, попробовав проехать по озеру, поняли, что на льду много снега и наст нас держит, поэтому пустот мы сильно можем не бояться (ну это мы так себя успокоили).
Ну и наконец-то нас ждала впереди настоящая свобода – сотни километров полнейшего отсутствия следов какой либо техники и человека.

fcbfa56s-960

Вот так в первый день весны, через две недели и две тысячи километров после старта из Нового Уренгоя, мы наконец-то распрощались с зимниками и вообще какими либо следами техники. Впереди нас ждали почти 600 километров до мыса Челюскин сначала по льдам озера Таймыр и реки Нижняя Таймыра (ударение на последнюю «а»), а потом по постоянно шевелящимся ледовым полям Карского моря.

Оставшись одни, мы сразу увеличили темп и за остаток дня полностью пересекли озеро, преодолев шесть или семь трещин, которые не сильно нас тормозили, так как были хоть и высокими, но достаточно старыми.

Вот этот забор впереди и есть трещина.

Вот этот забор впереди и есть трещина.

Обязательная проверка пешнёй. Иначе можно туда и вертикально провалиться.

Обязательная проверка пешнёй. Иначе можно туда и вертикально провалиться.

Бывало, приходилось километрами ездить туда-обратно вдоль трещин, чтобы найти проход.

Бывало, приходилось километрами ездить туда-обратно вдоль трещин, чтобы найти проход.

Ближе к сумеркам мы приблизились к главным таймырским воротам – тому месту, где река Нижняя Таймыра прорезает себе в горах Бырранга проход на север. Место ещё уникально тем, что здесь независимо от температуры всегда дует просто ураганный ветер. Зная об этом, было решено не лезть туда по темноте, а вставать немного заранее. И как бы я не помнил об этом, всё равно дотянул, что на улице при морозе -34 градуса свистело уже хорошо за 10 м/с.

На следующий день перед нами предстала не самая приятная и обнадёживающая картина. Из-за большой воды осенью река замерзала с сильным торошением. И с 2013 годом не было ничего общего – там, где раньше была просто равнина, в эту зиму красовались нагромождения льда. И не просто льда, а тонкого речного, с острыми краями и гранями битого стекла. Да еще начались горы, а значит и крепкий наст всё чаще сменял мягкий снег, по которому ну никак машина не хотела идти ходом.

2ccfe56s-960

d32fe56s-960

Вот здесь-то и стало понятно, что никакой старый трек нам не поможет. Приходилось постоянно искать проходы между ледовыми завалами, присматриваться к структуре снега на разных берегах и принимать решение, по какому краю идти будет лучше. Бесконечно разворачивались, меняли траекторию, ходили на разведку пешком и постоянно высматривали более подходящие проходы в бинокль.

e1cfe56s-960

Местами река представляла не очень подходящее для езды на колёсах зрелище:

5cd0156s-960

c850156s-960

Ох, что творили покрышки в этом месиве! После прошлогодней свой поездки на Диксон на зимней Хаккапелитте я очень боялся торосов, но поняв, что в этот раз был сделан правильный выбор, я просто спокойно ехал по этому безобразию. Просто нагло ехал по ним и всё. Но про резину и про то, что её выбор был очень правильным решением, лучше в отдельном посте.

2db0156s-960

Как только вошли в горы, сразу же повстречали стадо овцебыков. К сожалению, они были далековато от реки и на хорошей горке, в которую машиной нам было не забраться из-за большого количества рыхлого снега в том месте. Овцебыки безмятежно паслись, не обращая на нас абсолютно никакого внимания, и мы не придумали ничего лучше, чем устроить обеденный перерыв на их фоне, тем более погода стояла солнечная и практически безветренная.

9b6fe56s-960

Продвигаясь дальше по реке, я знал, что мы приближаемся к месту, где посреди старых развалин есть небольшой запас дизельного топлива еще, наверное, с советских времён. По крайней мере, две полных бочки там точно оставалось после нашей поездки в 2013 году. А так как никакой техники с тех пор здесь не бывало, то надежду мы на эти бочки питали великую.
Подъехали, пока оделись, пока шланги размотали, ещё какая-то суета. Подхожу к бочкам. Да ёлки-палки!
— Андрюха! Ты зачем прямо на бочку то?!
— А-а э-это-о не-е я-а-а…
Стоит бочка вся в свежих жёлтых подтёках. Причём, прямо сверху бочки. Высоту представляете? И тут я смотрю, а вокруг огромные волчьи следы. Ни чего себе! Это мне с моими 190 см примерно по пояс. Фотографировать мы это не стали, конечно. Но впечатлило.

Специально положил коробок для понятия размеров таймырских волков. Охотники рассказывали, что встречаются до 120 килограмм. Овцебык, для справочки, столько же весит.

Специально положил коробок для понятия размеров таймырских волков. Охотники рассказывали, что встречаются до 120 килограмм. Овцебык, для справочки, столько же весит.

И только мы заправились, только тронулись, и вот он, идёт себе прямо к своим бочкам.

Мы стояли ровно на его пути. Самое интересное, что обходя нас, он вообще никак не реагировал на звук. И когда мы ему что-то крикнули, то он даже не стал оглядываться. Видимо, потревоженные бочки его заботили сильнее. Ну мы тут тогда тоже решили не сильно обращать на него внимания. Я спускал колёса, топтался в снегу, снова спускал колёса (после заправки машина стала тяжелее и начала проваливаться), опять топтался. Волк абсолютно спокойно всё это время чего-то делал среди бочек и развалин. А Андрей вообще решил сфотографироваться с ним.

e1bfe56s-960

К сожалению, качество фотографий зачастую оставляет желать лучшего. Ну что поделать, вот такие из нас фотограферы. Мы в этом году еще перед поездкой решили, что будем много снимать и фотографировать. Для этого была куплена какая-то китайская видеокамера, которую с виду нельзя было отличить от GoPro, Андрей вооружился зеркалкой, а я еще и штативом. И мы как заправские фотоблогеры ехали и постоянно выискивали подходящие ракурсы (ну, по нашему глубокому разумению "подходящие").
Для этого постоянно залезали на высокие горы:

36c0156s-960

Делали с высоких мест всякие замудрённые фотографии:

75a0156s-960

Выбирали модные ракурсы:

f260156s-960

Соревнуясь при этом в изобретательности:

3202156s-960

При виде красивого неба всё бросали и бежали наперегонки его чпокать:

fdfc156s-960

Ну и конечно же, каждую ночь делали просто шедевральные фотографии северного сияния:

58e0156s-960

ef60156s-960

И как только начиналось таинство, мы с маниакальной упорностью ставили штатив и творили:

c3e0156s-960

А еще, помимо фотоохоты, мы время от времени рыбачили. Мы же ведь по рекам в основном передвигались. То налима попробуем половить на реке Хета между Норильском и Хатангой, то еще всяких разных рыб где-нибудь на 76-ой параллели.

9240756s-960

acc0756s-960

Ладно, когда где-то поближе к цивилизации, а то ведь бывало сидишь с удочкой, ловишь себе преспокойненько, а ближайший живой человек от тебя в пятистах километрах. Там же мы, кстати, и вморозили бур, а пока выдалбливали пешнями, то привели его в негодность – слишком сильно дёргали и погнули, из-за чего угол атаки ножей изменился. Правда, мы об этом не знали и гордо провозили его на крыше на Челюскин и обратно. И только на пути назад при очередной попытке порыбачить поняли, что ледобура у нас нет.
Кто знаком с зимней рыбалкой сразу подметит, что вмораживают ледобуры либо чайники, либо по пьяной лавочке. Потому что, кто знает как не вморозить бур, тот его никогда не вморозит. Это примерно то же случай, когда человек если знает как не получить ручкой реечного домкрата по голове при опускании, то никогда и не получит. А вморозил я бур по причине аномально тёплой и снежной зимы. В том месте, где лёд всегда имеет толщину 2.1-2.3 метра, в этом году было всего 1.5 метра. А я был уверен, что еще бурить и бурить, и не сильно выкидывал крошку из лунки. И когда вода пошла, то лунка была почти наполовину забита крошкой. А так как мороз был что-то около -35 градусов, то вода мгновенно смерзлась с крошкой и заблокировала ледобур. В итоге мы полночи его добывали, вместо того, чтобы рыбачить или спать.

 17c0756s-960

Пещера Миддендорфа

Пещера Миддендорфа

А еще в эту поездку на отрезке от озера Таймыр и до Челюскина мы не пропускали ни одной избушки. Не ленились и ходили на них, проверяли бочки на наличие топлива, смотрели, на сколько пригодны для жилья балкИ и вагончики, и всё это с координатами тщательно записывали в блокнотик. Во-первых, это было важно на случай нашего пешего отступления, а во-вторых, это было бы полезно для последующих экспедиций в этот район.

1e20756s-960

a4a0756s-960

Но была у нас ещё одна небольшая миссия. В Хатангском заливе на острове Бэра прошедшим летом был обнаружен остов избы, по всем признакам указывающий на своё очень древнее происхождение. Из архивных источников и по летописям первооткрывателей этого региона датировалась эта избушка 18 веком и описывалась как «дом Фомы». Наша задача была её отфотографировать и описать.
Остров Бэра был не совсем у нас по пути, но Нижняя Таймыра и Таймырская губа в тех местах уже имеют большую ширину и благодаря этому там был вполне ходовой для нашей машины снежный наст и мы, не раздумывая, направились в сторону острова. Тем более на нём находится уникальная из-за своего размера глыба из белого кварца.

Вроде как один из самых больших в мире.

Вроде как один из самых больших в мире.

К сожалению, эта зима была очень снежная, и в том районе даже на возвышенностях был как минимум полуметровый слой снега. Побродив по острову стало понятно, что избы не найти и мы исследовав скопление бочек и балки на острове продолжили свой путь дальше и довольно быстро подошли к морю. Вот здесь-то нас и постигло разочарование – когда мы забрались на самую высокую точку на мысе Оскара, то перед нами открылся вид на морской лёд в нужном нам направлении. И на сколько хватало глаз и бинокля везде было сплошное торошение и снег. В зоне видимости не было ни одного ровного пятнышка льда. А ведь в 2013 году здесь был настоящий ровный каток. Стало понятно, что путь будет совсем не лёгким.

e060756s-960

За этими размышлениями мы не особенно обращали на какое-то движение сначала немного в глубине полуострова, а потом позади нас. Дело в том, что последние километров около ста повсюду паслись олени. Их было какое-то немыслимое количество. Везде, куда бы мы не направляли свой взгляд, везде были олени. Вот и сейчас мы не особенно смотрели, кто там рядом с нами пасётся. Оказалось, что это волк. Ходит себе, что-то нюхает, но при этом потихоньку вдоль берега приближается к нам. Мы его поприветствовали, помахали ему, и так как уже начинало темнеть, то решили продолжить путь. Но как только мы тронулись, то увидели еще двух волков, двигающихся нам на встречу. Один сзади приближается, двое спереди, справа обрыв, слева торосы. Потом один из двух волков отделился и, немного ускорившись, под самым обрывом начал нас как бы отрезать от берега. При этом он скрылся за снежным бруствером. И вдруг он начал показываться из-за него, смешно и необычно подпрыгивая свечкой на задних лапах и вытягивая шею, чтобы наблюдать за нами. Прямо цирковой номер какой-то.
Опасения наши оказались напрасными, волки потеряли к нам всякий интерес и начали играть между собой то кувыркаясь, то гоняясь друг за дружкой. И мы не стали им мешать и тоже двинулись своей дорогой.

Вдали виден прогуливающийся волк, на которого мы сначала не обратили внимание.

Вдали виден прогуливающийся волк, на которого мы сначала не обратили внимание.

От берега отойти так у нас так и не получилось за все двести с лишним километров морского участка пути. Сплошное торошение и просто какое-то неимоверное количество снега на льду. Хотя снег этот нас часто и спасал, так как им была засыпана львиная доля торосов, и там где наст держал, нам получалось более-менее прямолинейно двигаться, а не извиваться как уж на сковородке в поиске проходов среди нагромождений льда.
Выглядело это примерно вот так:

Где-то там же в торосах я и разломал насос для перекачки топлива.
Ну посмотрите на этого замороженного:
Конечно уронишь. И конечно на таком морозе все пластмассовые детали на куски.

Конечно уронишь. И конечно на таком морозе все пластмассовые детали на куски.

Еще не доезжая до Челюскина километров 20-30, нам пришлось искать выход на берег, потому что пошли всё более и более широкие открытые трещины с водой. И так как напротив мыса в проливе Вилькицкого была открытая вода, то мы не стали испытывать судьбу, а полезли наверх и последние километры шли по берегу.
К нашей радости на метеостанции работали практически все те же, кто был здесь в 2013 году. Поэтому это была встреча со старыми друзьями. Поздоровавшись, я первым делом побежал звонить в Москву Анне Морозовой – нашему третьему члену команды и нашему ангелу хранителю – девушке, которая неусыпно следила за нами по маячку круглые сутки и которой мы в обязательном порядке отзванивались по вечерам, чтобы доложить об обстановке. И если бы мы перестали двигаться и не выходили бы на связь, то она бы первой начала бы бить тревогу, в случае чего.

Наша связь с миром.

Наша связь с миром.

Но звонил я Анне с одной лишь целью – скорее узнать погоду на ближайшие дни. Дело в том, что вот эти вот последние 200 километров до Челюскина пролегают не просто по льду, а по настоящим ледовым полям Северного Ледовитого океана, которые время от времени шевелятся и перемещаются с места на место. В следствие чего между ними образуются то нагромождения торосов, то достаточно большие разводья. Нам повезло, последнюю неделю стояла относительно безветренная и морозная погода, соответственно больших подвижек не было и всё, что было переломано, более-менее схватилось льдом и подзамело снегом. Благодаря этому мы доехали без особых купаний в солёной воде. И вот звоню и узнаю, что через день здесь будет резкое усиление ветра и потепление. Всё. С этого момента у меня была только одна мысль в голове: надо валить!

На самом мысе стоит орудие вроде как аж с времён войны.

На самом мысе стоит орудие вроде как аж с времён войны.

Хранится, наверное как стратегический запас, миллиард старых ржавых бочек.

Хранится, наверное как стратегический запас, миллиард старых ржавых бочек.

Работает гидрометеорологическая станция.

Работает гидрометеорологическая станция.

И стоит (или лежит) дежурный самолёт.

И стоит (или лежит) дежурный самолёт.

Вот так стоишь посреди металлолома, слева от тебя Карское море, а справа море Лаптевых. Вдали, кстати, открытая вода в проливе Вилькицкого.

Вот так стоишь посреди металлолома, слева от тебя Карское море, а справа море Лаптевых. Вдали, кстати, открытая вода в проливе Вилькицкого.

А быстрее выбираться надо было, потому что слишком яркими были воспоминания о том, как мы выбирались отсюда на ГАЗонах в 2013 году. Тогда точно так же мы дошли по нормальному льду, а потом резко потеплело и поднялся ветер, и мы чуть не лишились машин на обратной дороге. Всё вокруг просто переломало. Причём, нас на полдороги отрезало трещинами от берега. Живыми трещинами. А это уже страшно.

Машина висит на краю льда на задней части рамы, колёса и вообще весь задний мост в подвешенном состоянии в воде. Глубина 164 метра. Мало того, прямо под передними колёсами еще одна небольшая трещина и когда пытались тащить машину, то льдина между передним и задним мостом начинала становиться вертикально и машина в любой момент могла уйти на дно.

Машина висит на краю льда на задней части рамы, колёса и вообще весь задний мост в подвешенном состоянии в воде. Глубина 164 метра. Мало того, прямо под передними колёсами еще одна небольшая трещина и когда пытались тащить машину, то льдина между передним и задним мостом начинала становиться вертикально и машина в любой момент могла уйти на дно.

А здесь сначала всё было достаточно безобидно. Немного провалился передом в снегу. Когда начали раскапывать, то вода начала прибывать, а потом вообще увидели, что машина медленно начинает носом уходить вниз. Оказалось, что машина передним мостом давит и небольшая плита начинает переворачиваться. Хорошо вовремя поняли что происходит.

А здесь сначала всё было достаточно безобидно. Немного провалился передом в снегу. Когда начали раскапывать, то вода начала прибывать, а потом вообще увидели, что машина медленно начинает носом уходить вниз. Оказалось, что машина передним мостом давит и небольшая плита начинает переворачиваться. Хорошо вовремя поняли что происходит.

Фотография примечательна не тем, что планшет висит на шнурке от ботинка и даже не координатами. А тем, что на карте двумя красными полосками изображён наш трек 2013 года. Который правее с выкрутасами и выползанием на берег — это дорога туда. А вот назад в этом месте мы были полностью отрезаны от берега солёной кашей. И очередная разошедшаяся трещина увела нас от берега аж на 30 километров в итоге.

Фотография примечательна не тем, что планшет висит на шнурке от ботинка и даже не координатами. А тем, что на карте двумя красными полосками изображён наш трек 2013 года. Который правее с выкрутасами и выползанием на берег — это дорога туда. А вот назад в этом месте мы были полностью отрезаны от берега солёной кашей. И очередная разошедшаяся трещина увела нас от берега аж на 30 километров в итоге.

Вот этого я и боялся, что уже как минимум по погоде история начала повторяться. А с учётом того, что в эту зиму ледовая обстановка гораздо хуже и открытая вода была там, где мы на ГАЗонах катались как по стадиону, медлить было нельзя.
И мы выехали в обратный путь, но проехать получилось только кусочек по берегу, а как только вышли на лёд, то началась метель, всё вокруг затянуло белой пеленой и пришлось вставать до темноты.

Молоко, одним словом. Даже когда пешком идёшь, то спотыкаешься, потому что все одинаково белое и нет теней.

Молоко, одним словом. Даже когда пешком идёшь, то спотыкаешься, потому что все одинаково белое и нет теней.

 Из-за непрекращающихся метелей и полного отсутствия видимости днём, пришлось полностью переходить на ночной режим движения. А в светлое время суток изнывать от безделья.
Нет, мы конечно попробовали сначала ехать по светлому:

Но быстро поняли, что так мы точно далеко не уедем.

da268d6s-960

След наш давным-давно замело, поэтому двигались мы в основном по треку. Трек нам помогал, конечно, но надо было быть очень осторожным и внимательным, так как подвижки льда начались, и нужно было постоянно переходить начавшие недавно появляться небольшие трещины.

Свежа-ак. Надо искать объезд.

Свежа-ак. Надо искать объезд.

Вот здесь хорошо провалились в трещину, но смогли выйти назад. Это Андрей стоит, а не сидит.

Вот здесь хорошо провалились в трещину, но смогли выйти назад. Это Андрей стоит, а не сидит.

Если учесть, что следы заметало минут за 5-10, то мишка явно где-то рядом.

Если учесть, что следы заметало минут за 5-10, то мишка явно где-то рядом.

Старый трек помогал нам не очень сильно. Ну где-то здесь мы ехали, да. И что? Куда?

Старый трек помогал нам не очень сильно. Ну где-то здесь мы ехали, да. И что? Куда?

Уже на исходе второй такой ночи, остановившись, мы вдруг обнаружили пропажу. В кузове не было запасного колеса. Оно у нас несколько раз до этого отстёгивалось, но никаких проблем не возникало даже при хороших прыжках, а в этот раз из-за бесконечного почти мокрого и липкого снега колесо накатало под собой сугроб и выпало за борт. Эх, как же было тяжело психологически заставить себя разворачиваться! Но, деваться некуда, и мы не раздумывая, рванули по своим следам назад. Состояние было ужасным. Судя по заметенному кузову, колесо потерялось достаточно давно и возвращаться придётся много. И это в тот момент, когда по истечении уже более чем двух суток битвы с непогодой нам оставалось не больше пятидесяти километров до выхода из моря. Когда ты понимаешь, что море ломает, и что ты почти выбрался, а тут вдруг внезапно приходится разворачиваться и снова ехать в этот ад. Скрипя зубами развернулся, а мой штурман молча разложил сиденье, лёг и уснул. Да-а уж, знакомая ситуация. В серьёзных поездках мне уже не раз приходилось встречаться с такой реакцией у людей. Бывает такое, когда человек уже сильно вымотан и морально и физически, а перед ним вдруг возникает ещё бОльшая проблема, то он непроизвольно и не давая себе в этом отчёт пытается спрятаться от всего происходящего. Кто-то прячется в компьютере, кто-то пытается погрузиться в чтение книги, кто-то вообще может как зомби попытаться уйти в туман. А вот Андрюха не проронив ни слова отвернулся и уснул. Зная, что в таких ситуациях людей трогать нельзя, сделал потише музыку и внимательно вглядываясь в каждых сугроб рванул по своему уже заметённому следу назад.
До рассвета получилось пройти почти 60 километров в обратном направлении. Но запаски не было. А ведь мы же еще вместе с колесом потеряли лопату и мешок с парашютом, который был внутри колеса. Лопату я, правда, ночью нашел. О чём уже на следующий день, после того как проснулись, поспешил сообщить штурману, чем его очень обрадовал. Хорошо, что у меня напарник вообще ничего не боится, и проснувшись уже был как огурец, и готов был идти искать запаску хоть пешком.

Примерно после обеда небо немного стало проясняться, и перед нами начала вырисовываться очень невесёлая картина. А точнее в направлении мыса Челюскин почти от самого берега и далеко на север всё было затянуто низкими чёрными тучами. Это значило, что где-то там недалеко открытая вода! Между нами и Челюскиным вскрылось море. Потом это, кстати, подтвердили ребята из команды Александра Петермана «Северный десант», которые примерно через пару недель после нас так же ездили на Мыс Челюскин на снегоходах. И они чуть не утопили технику на тонком, только замёрзшем льду, который простирался на очень обширной площади. Как раз в том месте, где мы до этого ехали.

Увидев тучи, нам стало понятно, что никто никакого колеса уже искать не будет и с первыми сумерками нужно отсюда уезжать. Кое-как дождавшись темноты, мы начали движение, но к тому времени температура уже приблизилась к нолю градусов, и навалило достаточно много свежего снега. Наста никакого не было и машина никак не хотела нормально двигаться, пришлось изрядно поработать, всё так же, не видя своего старого следа, и только лишь ориентируясь на свой трек.

Потеплело, теперь топтать и топтать.

Потеплело, теперь топтать и топтать.

Но уже почти перед выходом с моря, примерно километров за двадцать трек привел нас к нагромождению торосов и уходил ровно в него. Но мы ведь точно не могли там ехать. Значит, это наворотило вчера или позавчера и так сильно замело. А ведь под свежим снегом внизу и просто вода может быть безо всякого льда! Аккуратненько, по своим следам ушли назад и начали искать выход на берег. Всё, только по берегу! Никакого льда наша психика уже не выдержала бы, да и зачем испытывать судьбу, понимая, что это всё очень свежие нагромождения.

Трек ведёт куда-то прямо.

Трек ведёт куда-то прямо.

Выбравшись на берег, пошли штурмовать каньоны. В темноте, не видя далеко вокруг и ориентируясь только на то, что выхватывают фары, не сильно получалось выбирать оптимальную траекторию. Но это уже было просто ничто после моря, и к рассвету мы уже спустились на ровный пресный лёд Таймырского залива и со спокойной душой уснули молодецким сном.

А потом была Нижняя Таймыра с очередными рыбалкой, овцебыками и лазаньем по горам:

4a68d6s-960

285e8d6s-960

ab1e8d6s-960

И пещера Миддендорфа уже днём:

16a68d6s-960

И опять эти ненавистные речные торосы:

f7a68d6s-960

a1e8d6s-960

И озеро Таймыр, на котором был очень интересный снег. Точнее, такой снег есть много где на севере, но вот в одном месте в северной части озера, как раз там, где всегда дуют жестокие ветры, был немного более тёмный снег.
Вроде бы ничего необычного. Ну снег с песком. Но его плотность была сравнима с бетоном в прямом смысле слова:

Можно себе представить, какие ураганы здесь бывают иногда.

Можно себе представить, какие ураганы здесь бывают иногда.

10368d6s-960

Такой снег только топором можно взять. И то с трудом, и топор затупится.

Такой снег только топором можно взять. И то с трудом, и топор затупится.

400-километровый участок между озером и Хатангой оказался сильно заметен, так как после нас здесь никто не ездил.

Время от времени приходилось практически заново бить дорогу.

Время от времени приходилось практически заново бить дорогу.

Потому что местами следа не было видно вообще. Хорошо, когда хотя бы вдали его видно, как на этой фотографии.

Потому что местами следа не было видно вообще. Хорошо, когда хотя бы вдали его видно, как на этой фотографии.

Но даже когда он вроде бы читался, то не всегда по нему получалось ехать.

Но даже когда он вроде бы читался, то не всегда по нему получалось ехать.

В итоге от мыса Челюскин до посёлка Хатанга путь более чем в тысячу километров, намотав лишнюю сотню в поисках запаски и большую часть пути двигаясь ночью, мы прошли за 6 дней. Вспоминая, что этот путь на ГАЗонах мы бились более двух недель, были очень воодушевлены такой скоростью. А так как машинка была в полном порядке, то было принято решение не задерживаться в Хатанге, и даже не оставаясь на ночёвку продолжить путь дальше на Восток вдоль моря Лаптевых. Тем более, впереди нас ждал загадочный и недоступный заброшенный посёлок Нордвик, о котором мы здесь же в Хатанге и узнали, когда еще готовились выходить в сторону Челюскина. Но это уже совсем другая история.

255e8d6s-960