Гиперборея. Карелия. Кольский п-ов.

Гиперборея — земля, "за северным ветром Бореем", в Арктике. Была ли она? Или это только красивая сказка? Сие не известно. И наша совершенно не научная экспедиция не прольет света на эту загадку. В эту поездку мы отправились не за ответами, а за Северным ветром… 

текст: Лёня НЕМОДНЫЙ
фото: Вадим МАМОНТОВ

 

Гиперборея для чайников,
или вдогонку за Северным ветром

Гиперборея – древняя легенда в которую так хочется поверить. Материк некогда существовавший в районе Северного полюса. Там жила могучая цивилизация. Добрые, умные, сильные они были любимы Аполоном. Кстати, и многие греческие боги, тот же Аполлон, также хорошо известные Геракл, Персей и другие менее знаменитые герои имели один эпитет — Гиперборейский...

Гиперборея — земля, "за северным ветром Бореем", в Арктике. Была ли она? Или это только красивая сказка? Сие не известно. И наша совершенно не научная экспедиция не прольет света на эту загадку.

В эту поездку мы отправились не за ответами, а за Северным ветром… 

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Знаете, как это бывает. Сначала долгие сборы с раскладыванием вещей по кучкам нужное, не очень нужное и не нужное совсем, но пригодиться, потом упихивание всей этой груды в рюкзак, потом метание по квартире в поисках второго шерстяного носка, радость от обнаружения оного за стиральной машиной. Потом долгие попытки уснуть и ворочаясь с боку на бок под тревожные мысли «Я что-то явно забыл!». И когда ты, наконец,  погружаешься в мягкую перину сновидений, яростно звонит садист-будильник и,  открыв один глаз до половины, ты понимаешь: пора.

И вот мы уже мчимся из Москвы по Ленинградскому шоссе. Красиво идем, ровным строем из четырех полноприводных автомобилей. Кстати, эта поездка заставила меня окончательно изменить свое отношение к женщине за рулем. Maverik, управляемый очаровательной девушкой Машей, легко держал заданный темп, а все перестроения совершал четко и красиво.

День пролетел незаметно и вот мы уже въезжаем в Петрозаводск, здесь назначена встреча с руководителем экспедиции и машинами сопровождения. На улицах оживленно. Еще бы, ведь сегодня день города. Центр, предоставленный для народных гуляний, перекрыт милицией. А ведь гостиница, в которой мы собираемся остановиться, находится на площади Кирова, в самом центре.Не успели мы и глазом моргнуть, как ехали к центру города в сопровождении сирен милицейских машин. Круто!

За ужином устроили импровизированный брифинг. Постановили: выезжаем в середине дня, к четырем разномастным иномаркам прибывшим из Москвы присоединяются еще четыре УАЗа. На одном из них – Хантере, мне предстоит стать пилотом на время всей экспедиции.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

На следующий день, после торжественного построения на площади Кирова колонна выступила в дальний путь. Глядя на радостные лица участников экспедиции, я думал о том, что народ явно находиться в абсолютном космосе относительно того что предстоит пережить им самим и их железным коняшкам. Ну да ладно, будь что будет.

Проездом посетили водопад Кивач и кратер палеовулкана Гирвас, погоняли по запрятанной среди карельских лесов взлетно-посадочной полосе резервного военного аэродрома и, уже глубокой ночью, добрались до окрестностей горы Воттовара, где и встали лагерем на берегу живописного озера.

Странное дело: на часах три часа ночи, а вокруг светло как днем, впрочем, учитывая близость полярного круга ничего странного в этом нет.

После ужина состоялся импровизированный концерт, ведь с нами поехали ребята из известного карельского музыкального коллектива «ВаТаГа» исполняющего этническую музыку.  Старинная народная музыка и горловое пение среди удивительной северной природы привели всех в состояние неописуемого душевного подъема. Возникшее чувство покоя и гармонии трудно описать словами. Давно я не засыпал таким счастливым и умиротворенным.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

А потом было пробуждение... суровая реальность накрыла меня со всей своей вероломностью. Дело в том. Что мой сосед по палатке Михаил, новичок в туризме, забыл закрыть клапан, и сонмы предутренних комаров воспользовались этим фактом в своих  целях.

Чуть позже выспавшиеся и довольные мы погрузились в машины и, не сворачивая лагеря, отправились покорять таинственную гору.

Воттавара представляет интерес не только как памятник природы. По саамским поверьям, это место является средоточием злых сил: здесь растут уродливые деревья, почти отсутствует фауна, озера мертвы. Немало загадок подкинула ученым одна из самых поразительных здешних находок - "лестница в небо". Так прозвали неизвестно кем и когда вырубленные в скале тринадцать ступеней, заканчивающихся глубоким обрывом. Археологи со всей ответственностью заявляют: у здешних племен в древности просто не существовало "идеи лестницы", как у других племен не существовало "идеи колеса".

Вот и гора. Действительно мистическое зрелище. Склон покрыт валунами разного размера и поваленными деревьями. Вверх уходит едва заметная дорога, видимо здесь когда-то проехал трелевочный трактор. Группа разворачивается и едет искать более удобный подъезд, для того чтобы продолжить восхождение пешком. Но лихой экипаж моего УАЗа решает подниматься здесь. Включаю передний мост, пониженную передачу и мы устремляемся на штурм.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Вскоре дорога заканчивается, но мы не сдаемся. Приходиться то и дело выходить из машины и искать проезд среди каменных нагромождений. Так мы проезжаем около полутора километров, дальше ехать некуда, кругом камни. Оставляем машину и идем по азимуту. Валуны покрыты мхом, который срывается под ногами. Начинается лес, деревья растут до того густо, что скорость передвижения падает до полукилометра в час, а до вершины еще 2 км, к тому же начинается сильный дождь. Принимаем решение - возвращаться. Во время спуска сильно заминаем порог, он блокирует колесо, почти отрываем верхний багажник. Да, не хочет отпускать нас Воттовара.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Кое-как добираемся до лагеря. Пока чинимся, приходит основная группа. Ребята смогли добраться до вершины пешком. Но мы не расстраиваемся, пусть не увидели вершины, зато устроили настоящий каменный триал и не где-нибудь, а в самом сердце Карелии. Сворачиваем лагерь и выдвигаемся в сторону Сегежи. До позднего вечера мы ехали по лесным дорогам и заночевали на берегу небольшого озера.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Доброе утро, страна! Дзынькая ложками о кружки размешиваем сахар в утреннем кофе. Хорошо-то как, Настенька! Трасса Петербург – Мурманск встречает нас раздолбанным асфальтом. В районе Беломорска делаем небольшую остановку, дабы посетить памятник истории и культуры Беломорские петроглифы. Одно из самых крупных скоплений наскальных рисунков в Северной Европе. По определениям археологов ориентировочная датировка - 2 - 2,5 тысячи лет до н.э. Очень интересные рисунки на тему северных промыслов древних людей - охоты, рыбалки.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

К вечеру, миновав Кемь и Рабочеостровск, мы выехали на берег Белого моря и остановились в небольшой гостинице. Дорвавшись до цивилизации, группа первым делом рванула в баню. А потом Олег и Сергей  (активные члены московского Виски клуба) устроили нам целую лекцию на тему виски и культуры его потребления. Разумеется, теорию не мешкая закрепили практикой. Ребята привезли из Москвы целую коллекцию виски разных сортов и выдержки, и взяли на себя обязанность знакомить нас с этим интересным напитком по ходу экспедиции.

На утро из Петрозаводска пришел микроавтобус с надувными лодками и моторами. На них мы должны были отправиться на острова Русский и Немецкий Кузов. Но море штормило, поэтому самых драгоценных членов коллектива, а именно женщин и детей загрузили в небольшой баркас, мужская часть группы пошла на моторках.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Море из окна океанского лайнера и из накрываемой волнами моторной лодки воспринимается, скажу я вам, несколько по-разному. А я-то думал, что свое в этой жизни уже отбоялся…

 Высадились на Немецком Кузове. До чего же замечательно вновь оказаться на твердой земле. Поставив лагерь, мы поднялись на высокое плато, где нам открылось удивительное зрелище из нескольких десятков каменных нагромождений, сейдов - культовых сооружений древних саамов датируемых 9-10 вв. н. э. В честь грандиозного зрелища была распита очередная бутылка виски.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

На следующий день, не смотря на усиливающийся шторм, мы на моторных лодках отправились на остров Олешин, где посмотрели каменные кучи, лабиринт и провели четыре замечательных часа за сушкой одежды. После чего вернулись на Кузов. По всему Белому морю было объявлено штормовое предупреждение. Мы вызвали баркас, который привез нас сюда, и загрузили на него снаряжение и часть группы, самые стойкие (читай отмороженные) отправились в обратный путь на лодках. Знакомо ли вам выражение «адреналин капает из ушей» так вот оно точно подходит под описание этого путешествия. Волна с разлетом в несколько метров, порывистый ветер холодит лицо покрытое морской солью.

На берег мы вышли мокрые насквозь и довольные как дети. Пока отогревались в бане и ужинали наступила ночь, по крайней мере так считали часы, до чего в Карелии солнечные ночи. Загрузив снаряжение в машины, мы выехали на трассу, планируя к утру добраться до Кандалакши. Это был самый удивительный ночной перегон в моей жизни. На протяжении всей поездки я ни разу не снимал солнцезащитных очков.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

У столба с надписью «Полярный круг» мы остановились, чтобы выпить шампанского и немного размять затекшие ноги. В Кандалакшу мы въехали ранним утром. До открытия кафе оставалось пару часов, и мы не смогли отказать себе в удовольствии немного подремать в машинах прямо в центре города.

Работники кафе недоумевали, откуда взялось такое количество голодного народа в такую рань, но мы не могли им ответить, ротовые полости были под завязку набиты едой. После сытного завтрака совершили налет на продуктовый магазин, скупив там недельный запас колбасы, спиртного и консервов. Для удовлетворения наших потребностей в тушенке продавщице даже пришлось разобрать красивую архитектурную композицию из банок, воздвигнутую, как думалось, на века.

Дорога в Умбу пролегала меж покрытых лесом горных склонов. Идиллическую картину довершало яркое солнце, высоко висящее над головой. Знаете, собираясь в дорогу, я набил рюкзак теплыми вещами под завязку, Север все-таки, но, забегая вперед, скажу: теплая одежда так ни разу и не извлекалась. На всем протяжении маршрута светило солнышко и стояла прямо-таки калифорнийская погода.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Первое что сделал в Умбе самаритянин Илья – протаранил Prado-й первую модель Жигулей с милиционером за рулем. Причем на таран «копейки» он пошел аккурат перед гостеприимно распахнутыми дверьми местного отделения милиции. В этот момент подошла Ирина Волкова. Именно на встречу с ней мы и ехали. Ирина согласилась устроить нам небольшую двухдневную экскурсию по юго-восточной части Кольского полуострова. Пока заканчивали оформление ДТП и Илья вручал не верящему своему счастью милиционеру деньги на ремонт его «седой древности», остальная группа успела сходить на экскурсию на расположенную по близости небольшую частную фабрику по обработке аметистов. Дело в том, что неподалеку от Умбы на берегу моря находиться природное месторождение этого минерала. Но об этом позже. Итак, нагрузившись новыми впечатлениями, мы отправились вдоль моря в сторону населенного пункта Варзуга.

Асфальт закончился как всегда внезапно, уступив место пыльной-пыльной грунтовке. Вот когда я всерьез затосковал по дождику. Есть такая старая джиперская шутка, про то как на Ульяновском автозаводе проверяют герметичность новых автомобилей. Вечером в кабине запирают кошку, если к утру ей не удалось выбраться кузов считается герметичным. Шутки шутками, а как я не старался держать дистанцию, в салоне стало трудно дышать. Пришлось увеличить интервал между машинами до полукилометра. Но вскоре пытка пылью закончилась. Мы выехали на каменистый берег мыса Корабль. Здесь проходит один из этапов известной внедорожной гонки Арктик-трофи. Достав заранее распечатанную легенду спецучастка, мы решили немного поиграть в автогонщиков. Сначала колонна двигалась степенно, объезжая ямы и камни, осторожно перебираясь через броды но, выехав на полосу отлива, зажгли по полной программе. Идеально ровный влажный песок позволил разогнать машины до 100 км/ч. Это была настоящая пляжная гонка, старт которой был дан у брошенного баркаса одиноко стоящего на оголенном отливом морском дне, а финиш состоялся у наполовину зарывшегося в песок старого сейнера.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Все еще находясь под впечатлением от джип-спринта мы отправились в Варзугу где посетили церковь Успения. Деревянный собор, построенный без единого гвоздя по красоте ничем не уступающий известному ансамблю в Кижах.

На ночевку остановились на высоком морском берегу близ природного месторождения аметистов. И после дегустации бурбона (ух!) измотанная культурной программой и новыми впечатлениями группа дружно отрубилась.

Утром, собирая лагерь, я обратил внимание на странное обстоятельство: ни в палатках ни у очага никого не было. Стоянка была пуста. И только бросив взгляд на аметистовые отвалы я понял в чем дело. Народ охватила старательская лихорадка. Все месторождение  было покрыто задранными к солнцу попами участников экспедиции. Люди искали аметисты и, судя по частым радостным возгласам, искали успешно.

По дороге обратно  мы посетили две небольшие аккуратные часовни и заехали в рыбацкую тоню. Тонями называются небольшие хутора на берегу моря, в которых издавна живут поморы-промысловики. Эта тоня отличалась от остальных тем, что являлась действующим музеем. Здесь все было как в старь, и приземистый рыбацкий дом, и ледник для хранения пойманной рыбы, а на длинных шестах сохли рыбацкие сети.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Под палящими лучами солнца мы снова въехали в гостеприимную Умбу, где уже ждал Костя Кушнир наш проводник по суровому северному краю в сопровождении супруги и верного ГАЗ-66. За остаток дня мы успели проехать Апатиты и Кировск, и остановились на ночевку в долине меж Хибинских гор, на берегу озера. В воде отражались склоны тут и там покрытые белым снегом. Картина для жителя средней полосы мягко говоря непривычная.

Следующий день начался с небольшого асфальтового перегона. Как только снова началась грунтовка, Костя настоятельно порекомендовал подключить передние мосты и ехать вдумчиво. Оно и не удивительно ведь впереди нас ждал очередной спецучасток Арктик-трофи с красивым названием 1000 ручьев. Но перед тем как приступить к веселью на бездорожье мы сделали небольшой крюк и посетили один из сталинских лагерей затерявшийся в северных лесах. Когда-то здесь жили и умирали от нечеловеческого труда и голода люди, несправедливо осужденные тоталитарным режимом. Сегодня поют птицы и шумят деревья, и лишь остовы бараков напоминают о тех страшных временах.

Сделав небольшую остановку в предгорьях Ловазерских тундр и слазив на деревянную смотровую вышку, мы приступили непосредственно к спецучастку.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Мама дорогая, какая красота! Дорога представляла собой нагромождения камней пересекаемые стремительными ручьями и небольшими речушками. Сердце трофиста в моей груди радостно билось в такт стуку подвески на камнях. А когда на выходе из очередного ручья на втором УАЗе разбортировалось колесо, я уже не смог сдержать своих чувств и громко запел (странные мы люди, джиперы).

На асфальт выехали уже поздним вечером, после пятидесяти зубодробильных километров по камням ехать по ровной дороге было непривычно, но приятно. Солнце висело значительно ниже, чем днем, но заходить явно не собиралось. Все очень устали, трасса оказалась довольно сложной. Представляю, что здесь твориться во время проведения соревнования, ведь тогда уровень воды на метр выше чем сейчас.

Итак, все устали, поэтому мы отправились прямиком… на штурм горы Ангвундасчорр (1126 м). Подъем занял около часа. Один из Prado начал сильно перегреваться и его пришлось оставить на высоте 600 м. На 800 м у длинного УАЗа срезало передний кардан, пришлось временно бросить и его. Чем выше мы поднимались, тем хуже становилась дорога. Сначала мы двигались по отличной отсыпанной гравийке оставшейся от геологов, потом шли по едва приметной среди камней колее, а последние 200 м подъема представляли собой хорошо подготовленную секцию для каменного триала по высокогорной арктической пустыне. Но мы справились, вершина покорилась и весь мир оказался у наших ног. Пафосно, не так ли? А как еще описать открывшуюся картину, когда видимость составляла около 100 км!? По этому поводу была лирично оприходована очередная бутылка виски с красивым и совершенно не запоминаемым названием. Поиграв в снежки, благо снега было достаточно и, сделав групповой снимок на фоне горизонта мы отправились в обратный путь к подножью. Как и во время подъема пришлось несколько раз продуваться, сказывалась значительная разница давления.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Попрощавшись с горами мы, с чувством хорошо исполненного долга, рванули к месту ночевки на берегу Сейдозера. Было около трех часов ночи. Полярное солнце, низко висящее над горизонтом немилосердно било по глазам, не спасали ни очки, ни солнцезащитный козырек. На берегу мы, собрав последние силы в кулак, поставили палатки и незамедлительно отошли ко сну.

Казалось - только закрыл глаза, а уже подъем, пришли лодки, на которых мы и отправились к месту жительства духа…

У лопарей (коренного населения) есть легенда. Старики рассказывают ее так: "Это было давно - давно, когда меня ещё не было. Нашли на нашу землю чужие люди, сказывали - шветы, а мы лопь были, как лопь, - голая, без оружия, даже без дробников, и ножи-то не у всех были. Да и драться мы не хотели. Но шветы стали отбирать быков и важенок, заняли наши рыбьи места, понастроили загонов и лемм - некуда стало лопи деться. И вот собрались старики и стали думать, как изгнать швета, а он крепкий такой - большой, с ружьями огнестрельными. Посоветовались, поспорили и решили пойти все вместе против него, отобрать наших оленей и снова сесть на Сейтъявр и Умбозеро. И пошли мы настоящей войной - кто с дробником, кто просто с ножом, пошли все на шветов, а швет был сильный и не боялся лопи. Сначала он хитростью заманил на Сейтъявр нашу лопь и стал её там крошить. Направо ударит - так не было десяти наших, и каплями крови забрызганы все горы, тундры да хибины; налево ударит - так снова не было десяти наших, и снова капли крови лопской разбрызгались по тундрам. Но осерчали наши старики, как увидели, что швет стал крошить их, спрятались в тальнике, пособирались с силами и все сразу обложили со всех сторон швета; он туда, сюда - никуда ему прохода нет: ни к Сейтъявру спуститься, ни на тундру вылезти; так он и застыл на скале, что над озером висит. Ты, когда будешь на Сейтъявре, сам увидишь великана Куйву, - это и есть тот швет, что наши саами распластали на камне, наши старики, когда войной на него пошли. Так он там и остался, Куйва проклятый, а наши старики снова завладели быками и важенками, снова сели на рыбьи места и стали промышлять . . .

Только вот окаменевшие капли саамской крови остались в тундрах, много их пролили наши старики, пока Куйву осилили. Теперь часто в горах находят красный камень - эвдиалит, это и есть саамская кровь".

Вот ты значит какая, гора Куйво.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Казалось бы, после столь насыщенной приключениями недели можно было бы немного отдохнуть. Но впереди нас ждало еще много интересного и, перекусив на скорую руку, мы отправились в дальнейший путь.

Да, насыщенный у нас получался отпуск, этакий отдых без отдыха. Но никто не жаловался и ужинали мы уже в гостинице «Полярные зори» города Мурманска. А утром следующего дня, окончательно покинув цивилизацию,  мы отправились на север, к берегам Ледовитого океана.

На полпути от Мурманска к полуострову Рыбачий стоит монумент, посвященный павшим героям Полярной дивизии. Полвека назад здесь кипели кровопролитные сражения, линия фронта проходила по реке Западная Лица и вода в ней была красной от крови. Десятки тысяч солдат сложили свои головы, но врага остановили. Теперь здесь стоит памятник, и проезжающие мимо машины длинными гудками отдают дань памяти павшим. Так поступили и мы.

Вскоре дорога уперлась в пограничный пункт. Далее начиналась пограничная зона. Кого попало сюда не пускают, но мы не кто попало и в подтверждение тому у нас имелись специальные пропуска. Сразу за КПП свернули с асфальта и отправились по каменистой грунтовке в сторону полуострова Рыбачий. По дороге мы то и дело останавливались и подбирали валяющиеся бревна. Ведь на месте нашей стоянки дров не будет.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Лес кончился. На смену ему пришел мох и редкий кустарник. Иногда мы проезжали мимо обелисков и памятников, как военных времен, так и более поздних. Раньше все вокруг было одним большим военным полигоном. Неприятным напоминанием тому брошенная техника полуразобранная и ржавая. К сожалению, весь полуостров и прилегающие к нему территории несут на себе следы деятельности наших бравых военных.

А вот и место нашей стоянки. Кутовая губа Мотовского залива Баренцева моря. Небольшая бухта средь холмов у подножия горы Муста-Тунтури. Километрах в пяти от берега на рейде стоит пограничный корабль, а прямо рядом с лагерем небольшая речушка журча по камням несет свои воды в открытое море. Вадим Мамонтов, наш фотограф, набрал камней и на одном из больших валунов сложил сейд имени 5-го июля.

До конца дня мы предавались неге и покою, попросту говоря – балдели. А с утра пораньше отправились к северной оконечности Рыбачего – цели нашего путешествия.

Пройдя еще один КПП и немного поплутав по сети дорог покрывающей полуостров, мы выехали к заброшенной военной базе и действующей станции ПВО, потом дорога пошла вниз и вот мы уже стоим на берегу океана, у самой северной точки Европейской части России. Это событие традиционно  отметили бутылочкой из прямо таки бездонных запасов виски клуба.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

По дороге обратно мы решили заложить небольшую петлю, дабы посмотреть местные красоты и просто покататься. Покатались… Точнее покупались. Пересекая вброд очередную речушку шедший первым Prado Вадима ушел под воду по зеркала и заглох.

Процесс поднятия субмарины занял около получаса. Наутилус решили не заводить, а оттащить в лагерь где и заняться лечением. По мимо утопленной машины в списке потерь обозначились: ноутбук, телефон и напрочь вымокшие паспорта всех участников экспедиции (все они на тот момент находились в Prado). Что за день! Самую северную точку посетили, машину утопили, да это просто праздник какой-то!

На следующее утро было восхождение на Муста-Тунтури

Гора хранит на себе следы боев Великой Отечественной Войны. Окопы из камня в полный рост, лисьи норы коммуникаций, природные пещеры в которых жили бойцы. Ведь именно здесь фронтовой журналист Константин Симонов написал стихотворение «Сын артелериста». И когда я смотрел на перепаханную боями землю в голове звучало:

«…«Огонь!»— заряжай скорей!
По квадрату четыре, десять
Било шесть батарей.
Радио час молчало,
Потом донесся сигнал:
— Молчал: оглушило взрывом.
Бейте, как я сказал.
Я верю, свои снаряды
Не могут тронуть меня.
Немцы бегут, нажмите,
Дайте море огня!...»

Обратно шли молча. Слишком сильно было впечатление от увиденного.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Пока мы ходили в горы Вася Постоянов, наш механик, реанимировал гидро-Prado. Для этого ему пришлось буквально по винтику разобрать всю электрику автомобиля так или иначе связанную с двигателем.

Вечером состоялся праздничный банкет посвященный последнему совместному вечеру экспедиции. В уничтожении горячительных напитков особенно отличились… все.

А утром, собрав лагерь, мы тронулись в обратную дорогу. И после двух дней пути я оказался в своей уютной квартире, которую покинул две недели назад, отправившись в погоню за Северным ветром.

EOS 10D CMOS RAW IMAGE

Самая яркая и насыщенная экспедиция из всех, в которых я участвовал, благополучно завершилась. Настало время зализывать раны, отсыпаться (рабочие будни так спокойны и размерены), в общем, снова становиться респектабельным городским жителем.

Вот только на долго ли?

Полный фотоотчет о путешествии >>>